Здесь вместо трибуны на массивном серо-зеленом постаменте стоял слабо пульсирующий шар, того же серо-зеленого цвета. К шару сбегался пяток трубок различного цвета и толщины, тщательно уложенных в желобки в полу.
– Это он, – уверенно сказал Завадски, едва увидел этот шар. – Это чертов инопланетный мозг.
Внизу, в коридор, что вел к двум лифтам, торопливо вошли Пир, Дориго, Чукарин, Самусенко, который отвлекся на этериала-медика в одном из дальних отсеков и не успел на первоначальный зов Ника, Берт Нильсен и Олаэча. Они поднялись в зал с шаром и сгрудились в проходе. Остальные вместе с танками рассредоточились по базе на случай если из укрытия выползет еще какой-нибудь чужак или террорист.
– Земля, – устало сказал Завадски, озираясь в поисках оружия посерьезнее, чем плазменный пистолет в правой руке. – Похоже, мы нашли цель.
– Видим, Ник, – отозвался Марк ван Торенс. – Уничтожьте его. Расстреляйте из плазменников, выжгите, чтоб ни одного нейрона целого не осталось. Или что там у этой штуки в качестве базовых ячеек?
Ник подобрал хэви плазму убитого этериала.
– Пир, – позвал он, не оборачиваясь. – Иди ко мне. Мы долго этого ждали.
Пир приблизился, взяв из протянутой руки Уильяма Раша плазменное ружье.
Икс-комовцы, пошептавшись, вытолкнули вперед еще Хуана Олаэчу и Адама Дориго.
– Я-то чего? – спросил Дориго почему-то шепотом. – Я же не из первой восьмерки!
– Ничего, – успокоил его ван Торенс. – Мы здесь, на командном, тоже решили, что это правильно… Жаль, Паллистер не может к вам присоединиться. И все наши, кто погиб за прошедший год.
– Ну? – спросил Ник. – Готовы, братцы?
Они подняли оружие, но в этот же миг каждого, кто был в зале, захлестнула мысленная волна. Это не была волна псионической атаки, это была густой и тяжелый, словно патока, информационный занавес.
– Разумные, остановитесь!!!
Четверка перед вражеским шаром-мозгом в недоумении переглянулась.
– Опустите оружие! Вы не можете уничтожить меня.
– Это почему же? – подозрительно спросили Ник и Пир в один голос. Завадски стоял, будто на угольях, боясь какого нибудь подвоха, но почему-то не мог нажать на гашетку.
– Вы не можете уничтожить меня, потому что вы – часть нас.
Перед глазами у каждого, кто стоял в зале, вдруг возникла яркая и отчетливая картина – цветущая долина под красным небом, необычные растения, зверь, похожий на хамелеона на одной из близких веток. Ветка покачивалась в струях ветра. Вдалеке виднелась изогнутая лента реки.
– Миллионы лет назад Марс был живой и обитаемой планетой. Жизнь сюда принесли мы, пять рас, издавна путешествующих по Космосу…
– Завадски, что там у вас? – встревоженно позвала Земля. Уже с минуту никто из тех, кто поднялся в зал, не отвечал на вызовы. Остальные – Эскобар, Ямашита, Дэй, Теннон, Карди – отвечали. Но все они находились на нижнем уровне базы. Так же, как и танки дистанционщиков. А кто поднялся к вражескому мозгу – молчал.
– Когда Марс стал умирать, мы посеяли жизнь на вашей планете и долгие годы приглядывали за вами. А на Марсе стало совсем пусто, если не считать наших кораблей.
Картинка сменилась. Над знакомой долиной пирамид висели чужие корабли, огромные и исполненные невысказанной мощи. Могучие наземные машины вгрызались в каменистую марсианскую почву.
– Вы – наше детище. Поэтому вы не можете уничтожить нас. Подумайте, вся наша технологическая мощь станет вашей. Вам станут доступны звезды…
– К звездам, – вдруг глухо сказал Пир, – мы и сами дотянемся. Без вас. И уж точно никого не станем там убивать, как это делаете вы.
Он снова поднял оружие, и трое его товарищей, словно очнувшись от сна – тоже.
– Нет! – выдохнул мозг.
– Да, – сказал Пир жестко и выстрелил. Импульс обратил в пепел часть выпуклой оболочки.
Они стреляли раз за разом, пока голос от шара на постаменте не утих до невнятного шепота, а потом и не пропал вовсе; а от самого шара остались лишь горелые пятна на плоской металлической поверхности да ошметки серо-зеленой оболочки, похожей на жеваный пластик.
– …что у вас происходит? Отвечайте, отвечайте, черт побери, Ник, Пир, Дориго!
К ним снова прорвалась Земля.
– Все, – устало сказал Ник Завадски. – Ничего уже не происходит. Мозг мы расстреляли в клочки. Война окончена.
Пир опустил плазменное ружье.
Война окончена. Как приятно это слышать! Это значит, что никто больше не умрет от выстрела из чужого оружия, никто не превратится в хитинового монстра с невероятно быстрым метаболизмом, никто, попав под управление пришельцев, не обратится в марионетку и не убьет своих же товарищей икс-комовцев. Никто.
Единственное, о чем жалел Пир, это о том, что к слову «никто» нельзя добавить другое слово. Не менее желанное.
«Никогда».
Космос огромен. И никто – опять же никто не сможет поручиться, что эта война не вспыхнет снова. Правда, если это когда-нибудь произойдет, теперь земляне будут готовы.
– Икс-команда, выслушайте инструкции по минированию базы. Первым делом…
Пир развернулся и направился к лифтам. Ник Завадски – тоже.
Они пробыли на базе еще четыре часа. Потом поднялись на поверхность, и с удивлением обнаружили рядом с мирно сидящим «Эвенджером» террор-шип. Пустой, как оказалось, если, конечно, не принимать во внимание трупы мутонов и флоатеров. Заметно повеселевшие Паллистер и Бейли в компании остальных икс-комовцев, остававшихся караулить крафт, сидели на наклонной сходне, болтая ногами, а сверху неподвижно висел ховертанк Валеры Лутченко.
– Ну и ну! – протянул Дориго, замерев на выходе из пирамиды. – Я погляжу, тут тоже рубка шла! Террор! Небось, и кибердиски были?
– Были, были, – успокоил его Паллистер. – Рипер ведь здесь сдохнет без воздуха…
А потом дрогнул древний Марс. Когда под поверхностью взорвались мощные динамические заряды, и все оставленные бластер-ракеты тоже взорвались от детонации. О том, что творится там, внизу, где они еще недавно находились, оперативники предпочитали не думать.
Пир, запрокинув голову, поглядел на красное марсианское небо, на котором появлялись первые, необычайно яркие звезды. Небо казалось удивительно низким.
Он никак не мог поверить в победу.
«Эвенджер» стартовал спустя четыре часа. В финальной миссии на базе в Сидонии икс-команда не потеряла ни одного из икс-комовцев. Ни одного из двадцати шести.
Пир и остальные не знали, сказал ли им правду инопланетный мозг и действительно ли человечество – детище чужаков. Но почему-то человек очень легко и очень быстро учится воевать. Дубиной или плазменником – неизменно дьявольски легко и дьявольски быстро.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
